Стоило перевести взгляд от камина на стену с цветочными обоями или на скрывавшийся в полутьме гобелен, как рисунки менялись в полумраке, а сочные бутоны роз всё больше напоминали движущийся клубок сплетённых между собой змей. их шипение тоже вплеталось в треск прогорающих дров за каминной решёткой, но до самого дамиена не дотягивалось, ибо голос элоизы звучал громче. может быть, для неё эти едва проглядывающие через темноту линии принимали совершенно другие формы, напоминая о родителях и всех тех решениях, какие они приняли за неё. он мог бы спросить, но тогда разговор вновь вернулся бы в те дебри, откуда они с таким трудом выбрались